Иван Ильин вновь под запретом?

О творчестве мыслителя и лево-либеральном критиканстве

Иван Александрович Ильин  (1883-1954) — выдающийся русский философ, религиозный мыслитель, правовед, видный деятель Русского Зарубежья, идеолог Русского Общевоинского союза, последовательный критик советского режима. Обращение к его личности и обширному научному и философскому наследию в значительной степени объясняется актуальностью его идей для современной России, а также широким спектром религиозных, философских, социальных и общественно-политических тем, которые в своих трудах затрагивает И.А. Ильин. Его труды, созданные, в основном, в годы эмиграции, сегодня активно используются в общественно-политическом дискурсе России. Значимость творчества профессора Ильина определяется его заострённостью на проблематике духовной идентичности России, традиционных ценностях и национальной идее, которые в современной ситуации вестернизации и глобализации являются важнейшим инструментом культурно-национального самоопределения.

Иван Ильин в одной из своих работ отделил критику и критиканство[1]. Первая доброжелательна, преисполнена пафосом познания истины, она созидательна. Вторая – мелочна, ее цель опорочить, очернить, она лишена любви. Как ни парадоксально, но великий сын России сам сегодня стал объектом критиканства. Как всякое явление, оно требует вдумчивого понимания.

Сегодня недоброжелатели и противники русского философа во что бы то ни стало пытаются опорочить его имя, его честь, его заслуги перед Отечеством. Почему это происходит? Откуда берутся эти заблуждения? Каковы их истоки? В предлагаемой статье мы поразмышляем на эту тему и сначала коснёмся социокультурного контекста, «духа времени», определяющего направление мысли Ивана Ильина. Очевидно: понимание тех или иных идей невозможно, если они искусственно вырваны из материи эпохи и лишены глубинной и обусловленной мотивации.

Безусловно, важнейшим фактом жизни философа стали его взаимоотношения с советским режимом. Победа большевиков в Гражданской войне привела к доминированию марксистско-ленинской идеологии в российском, т.е. советском обществе, что не могло не привести Ильина к конфликту с атеистическим государством, идеология которого диаметрально противоположна его мировоззренческой системе. За свои воззрения и антисоветские выступления профессор Императорского Московского университета в 1922 году был выслан вместе с другими видными представителями русской интеллигенции за пределы РСФСР[3]. История «философского парохода» - трагическое культурно-историческое событие, свидетельствующее о глубинном расколе российского послереволюционного времени. Бессмысленно и неконструктивно искать ответ на вопрос, кто виноват в российской революции сегодня. Но тогда волевым решением коммунистических властей, значительная часть русской интеллектуальной элиты была насильственно исторгнута из России, породив уникальную традицию сохранения русской культуры в изгнании. В этих условиях мировоззренческой и партийной непримиримости наследие Ильина было обречено на долгое забвение; его концепция новой власти и революции оказалась под запретом.  Ильин в своей яркой и богатой публицистике не принял ни Октябрьский переворот[4], ни Советскую власть, ни политику ВКП(б). Его оценки носили крайне нелицеприятный характер.

Так, например, в брошюре «СССР — это не Россия» Ильин утверждал, что Российская Империя и Советский Союз совершенно разные государства, «различных целей и различного духа» — призывал, в первую очередь, русских людей осознать эту историческую и политическую реальность, а затем и все остальные народы мира. Будучи вдали от родины, он испытывал душевную боль от того, что для иностранцев «красная Россия» и «национальная Россия» — это одно и то же (и по ныне это так). Те истины, описывающие сталинский период советского государства (политические репрессии, ограничение основных прав и свобод человека, подавление религиозной веры и уничтожение православных храмов и религиозных объектов других конфессии, культурная, научная и художественная цензура и т.п.), судя по всему, тяжело принять немалому числу постсоветских граждан, идеализирующих свою Советскую Родину. Отсюда, на мой взгляд, рождается ненависть к Ильину как к политическому мыслителю, который критиковал режим, существовавший в СССР. Оговоримся: Ильин писал о ленинском и сталинском советском государстве, поскольку жил до 1954 года. Автору этих строк понятны различия советской эпохи, например, между 1920–1930-ми и 1970–1980-ми гг. ХХ столетия.

Кроме того, неприятие Ильина среди левых и либеральных сил современной России (а оно вытекает из первой причины) может, по моему разумению, корениться в отрицательном отношении к тем идеалам и ценностям, которые отстаивал русский правовед: к монархическому принципу, к религиозному восточно-христианскому мировоззрению философа и — шире — к самой русской нации, которой он принадлежал. Ибо, партия большевиков, как общеизвестно, одной из своих главных задач видела в борьбе с якобы великорусским шовинизмом[5],  подавляющим национальные меньшинства.

Не секрет, что тема Российской революции вызывает  до сих пор горячие споры, имеющие, к сожалению, больше неакадемический, а политический характер. Это обстоятельство затемняет и упрощает её объективную оценку, не позволяет видеть её негативные и неприглядные черты, в том числе, её человеческую цену. Я уверен, что в этом направлении ещё много предстоит сделать историкам. Разве значительная часть населения не была отторгнута от своей страны, разве противники большевиков не были истинными патриотами и не верили в Россию? Сегодня, очевидно, настало время объективности, принятия логики всех сторон — Зарубежной России и Советской России. Для меня Россия представляет собой уникальный феномен в мировой истории: на протяжении столетий русские и другие народы, населяющие её территорию, обогащали и дополняли друг друга, развивая взаимопонимание и создавая самобытную российскую культуру, в которой гармонично сосуществуют более 190 национальностей. В этом контексте есть чему поучиться у России, например, балканским народам, вечно враждующим между собою.

Однако, мы должны признать, что советскому режиму за 70 лет его правления удалось вытравить русское национальное самосознание. Во имя социалистическо-интернационалистической идеи произошло национальное обезличивание русского народа. Этот процесс, совершавшийся на протяжении всего советского периода, можно назвать «духом самоотрицания»[6], который в современной России проявляется в антинациональной и антипатриотической риторике: «На Западе абсолютно всё лучше», «Россия виновата, что в настоящее время Финляндия закрыла общую с ней границу»,  «Лучше сказать "российский", чтобы кого-то из национальных меньшинств не оскорбить» и т.п. Это результат национальной политики КПСС, смыслом которой было нивелирование национальных традиций, особенно русских, с целью формирования образа нового советского человека, лишённого этнических привязанностей. К слову сказать, этот процесс обезличивания не коснулся советской Украины, где силами партии проводилась намеренная украинизация, совершенно не свойственная ей изначально. Тем не менее, справедливости ради, следует отметить, что коммунизм в своей идеологии обращался к светлому в человеке — к социальности, к солидарности с людьми, товарищеской помощи и т.п. Эти принципы, как известно, изложены в «Моральном кодексе строителя коммунизма». И это тоже российская история, другая светская сторона русской духовности, другая её ипостась, составляющая объективно-исторический факт жизни России. Следует ли нам современникам противопоставлять эти две стороны, две природы России, или рассмотреть их в противоречивом, но в единстве?

Резюмируя вышеизложенное, мы можем заключить, что вследствие ярко выраженной национально-русской, монархической и религиозной направленности личности Ильина эти же компоненты его мировоззрения никак не согласуются с жизненными миром современного поколения большинства населения России, для которых формула государственных русских людей начала ХХ века «Православие. Самодержавие. Народность»  утратила не только актуальный политический  смысл, но смысл вообще. Если добавить к этому, что мы живём в нигилистическую эпоху, характеризующуюся консьюмеристским и конформистским типом жизни, гонку за неиссякаемым потреблением вещей и жизненных благ, сопровождающуюся духовным опустошением (поколение пепси), то вряд ли ильинский морально-волевой девиз: «Жить стоит только тем и верить стоит в то, за что стоит бороться и умереть, ибо смерть есть истинный и высший критерий для всех жизненных содержаний»[7] — в наше время может вдохновлять людей, которые исключительно направлены на зарабатывание денег, на личные удовольствия и наслаждения[8]. Если великий русский писатель  Ф.М. Достоевский в романе «Бесы» называл XIX в. веком «гуманности, промышленности и железных дорог», то мы можем назвать XXI в. веком гедонизма, нигилизма и карьеризма.

При обращении к работам об Ильине вызывает недоумение и досадное разочарование общественный факт: обличители и критики  Ильина зачастую не знают ни его биографии, ни его главных философских и научных работ, ни трудов публицистико-политического характера. Незнание, помноженное на невежество и идеологическую ангажированность, порождает очень упрощённый взгляд на природу вещей, на привычное разделение на «белое и чёрное». Но разве мы живём в атмосфере Гражданской войны, когда в стороннике иной точки зрения виделся классовый враг?

Часто «анализ» творческого наследия философа сводится к  рассмотрению двух-трёх ильинских статей, посвящённых политическим движениям крайне правого толка в Италии и Германии. Современный исследователь творчества русского философа И.И. Евлампиев справедливо отметил в своей работе: «Творчество Ильина чрезвычайно разнообразно, и тот, кто захочет достаточно понять его, должен быть готов к освоению очень непростых философских текстов, представленных в его книгах «Философия Гегеля как учение о конкретности Бога и человека» (1918), «Религиозный смысл философии» (1925), «О сопротивлении злу силою» (1925)»[9]. Таким образом, разнообразие творческого наследия[10] противники профессора Ильина отрицают: они видят в нём либо ненужного мыслителя для современной России либо «предателя Родины» и «фашиста», безусловно поддерживавшего антикоммунистические режимы в Европе. Стало быть, его идеи и мировоззрение мало изучены либо изучены очень поверхностно, что вводит в заблуждение как широкую общественность, так и научные сообщества. К тому же личность Ивана Ильина крайне политизирована разными общественными деятелями, политиками, публицистами, журналистами и блогерами, предвзято относящимся к его творческому наследию. Они не хотят понять, что Иван Ильин являлся самостоятельным свободомыслящим философом, никогда не состоявшим в какой-либо политической партии[11], человеком сильного и религиозного духа, непростой, даже трагической судьбы, которая забросила его за пределы  Отечества, из которого он никогда не хотел уезжать[12].

Более того, когда слушаешь противников Ильина, первая же мысль, невольно приходящая в голову следующая: как же можно писать о нём статьи, записывать блоги и интервью, убеждённо и горячо выступать на трибунах против него, не цитируя и не зная имён самых глубоких исследователей его жизненного и творческого пути — таких, как Н.П. Полторацкий, Р.М. Зиле, Ю.Т. Лисица, А.М. Шарипов, А.Ф. Киселёв, В.А. Томсинов, А.С. Верходовько, Р.М. Рупова, Ю.И. Сохряков, В.П. Изергина, И.И. Евлампиев, В.А. Цвык и другие? Разве можно быть столь «уверенным и непоколебимым специалистом» по Ильину, не обращаясь к работам учёных, которые немало (а некоторые — всю жизнь) изучали труды русского религиозного мыслителя? Это немыслимо, невообразимо, непостижимо для человеческого познания. Это ненаучно. Это несерьёзно. Очевидно, здесь речь идёт не об учёной беседе, цель которой — истина. И я сомневаюсь, что враги Ильина искренне стремятся к ней.

Какой можно сделать справедливый вывод относительно творчества известного русского эмигранта? При всем многообразии существующих в современной России мировоззренческих позиций (консервативных, социалистических, либеральных и пр.), и при наличии потенциальных расхождений в оценке его общественно-политических воззрений, отрицание ценности чрезвычайно обширного творческого наследия Ивана Ильина, касающегося правоведения, государствоведения, философии, этики, религии, литературы, искусствоведения и др. сфер гуманитарного знания, свидетельствует либо о неизученности, незнанию его работ и отсутствии их анализов, либо о предвзятом отношении, обусловленном принадлежностью к «иному идеологическому лагерю»[13].

Четвёртая же причина, которая же может вызывать отторжение к творчеству и личности Ильина — это его публицистические статьи о фашизме и нацизме. Ильин, находясь на чужбине, состоял в переписке с многими крупными деятелями Русского Зарубежья, в том числе философ поддерживал дружеские контакты с известнейшим экономистом, историком, общественным и политическим деятелем, главным редактором газеты «Возрождение» — П.Б. Струве. В газете «Возрождение» будет опубликовано значительное количество материалов Ильина, посвящённых событиям российской революции, её последствиям для России, её влиянию на Россию и критике этого духовного недуга для страны, а также итальянскому фашизму.

В период с сентября по октябрь 1925 года редакция журнала «Возрождение» отправила Ильина в командировку в Италию, чтобы он смог изучить обстановку в стране. В ходе поездки Ильин собирал сведения о Бенито Муссолини и итальянском фашизме, итогом которой стали «Письма о фашизме». Так, например, Ильин попытался в двух статях изобразить духовный облик итальянского лидера. Он видел в Муссолини сильную, самобытную, темпераментную, волевую и ответственную фигуру, руководящуюся национальными интересами. Философ отмечал, что «Муссолини стал итальянским народным вождём потому, что все необходимые для этого условия соединились в его личности»[14]. В начале 1926 года профессор Ильин описывал его как личность и вождя следующим образом: «Он пламенно верит в свой волевой идеал, в его правоту, исключительность и жизненность. То, что он всегда проповедует и требует от людей — это вера в идеал и верность делу. Это он и называет «religione» и «fede». Он — спиритуалист и никогда не верил в первенство материи, тела, животности, «хозяйственной потребности». Напротив, он всегда был уверен в том, что человек без духовного идеала и без религиозного отношения к нему выродится и погибнет»[15]. Как видно из оценок итальянского вождя, Ильина привлекала национальная идея, которая подавлялась космополитическим масонством. Национальное, народное служение в практике Муссолини привлекало Ильина.

С другой стороны, в Седьмом письме об итальянском фашизме, Ильин отмечал и негативные аспекты этого феномена, особенно во внешней политике. По его мнению, «дух побед» Муссолини опасен: «Победить — но во внутренней борьбе; это было бы естественно; а в великой международной войне — и в этом одна из основных опасностей фашизма. Когда читаешь последние, столь нашумевшие речи Муссолини, особенно первую, то невольно спрашиваешь себя: почему, и зачем, и откуда такая резкость?»[16]

Как хорошо видно, письма о фашизме были написаны в 1926 году, задолго до того, как Италия начала проводить агрессивную политику, так что Ильина здесь можно «обвинить» лишь в неудачной оценке будущего характера режима (хотя и сам мыслитель предупреждал об опасности международной войны фашистами), который впоследствии перешёл на позиции ультраправой идеологии. Тут возникает вопрос: а как же принцип историзма, учитывающий конкретные исторические условия, в которых были написаны статьи Ильина о фашизме? Почему на него не обращают внимание так называемые исследователи трудов русского философа? Почему они не понимают, что в правой идеологии могут существовать принципиальные различия? Ильин поддерживал традиционализм, религиозность, патриотизм, национализм[17], однако в его работах неоднократно можно встретить презрение к расизму, шовинизму и ксенофобии.

За это он, например, поплатился в Германии: отказавшись вести антисемитскую пропаганду среди студенчества, был уволен из Русского научного института, а германские власти запретили ему заниматься какой-либо деятельностью. В 1933 году, точнее 17 мая, он написал статью в положительном ключе о «Национал-социализме. Новый дух». Но ведь в 1933 году ещё ничего не ясно: Гитлер очаровал крупнейшую страну Европы, вернул ей веру в себя и надежду на лучшее. Фашизм входил в моду, и партии фашистского толка уже существовали или только зарождались во всех европейских странах. Материал интересен именно этим взглядом современника, очевидца и мыслителя[18].

Глупо же причислять Ильина к апологетам фашизма (иронично предлагаю противникам Ильина и Струве, как главного редактора эмигрантской газеты «Возрождение» записать в фашисты, ведь им редактировались и публиковались ильинские статьи о итальянском режиме Б. Муссолини), если сам он от него пострадал и был вынужден в 1938 году, в 55 лет, заново устраивать жизнь в Швейцарии! Ильин ведь не знал, что произойдёт через несколько лет, что установится тоталитарный режим с агрессивными внешнеполитическими задачами. Он жил, наблюдал и творил ежедневно как свободолюбивый гражданин, и ему в тот момент казалось, что новый режим имеет больше преимуществ, нежели недостатков.  Противники Ильина могут, естественно, обвинить мыслителя  в ошибочности прогноза в отношении фашистского режима в Германии, в неспособности увидеть страшные черты будущего нового порядка в Европе? Но ведь германский фашизм 1933 г. и 1939 г. — это два различных внешнеполитических состояния. Да и, пожалуй, либеральные правительства Европы не сразу осознали то, что готовил Гитлер миру. Но нельзя же пройти мимо того, что Ильин сам пострадал от нацистского режима: обыски в квартире, лишение права на  работу, запрет ему заниматься публичной деятельностью[19].

Очевидно, Ильин не был никаким апологетом фашизма, скорее он выступал наблюдателем за политическими новациями Европы, а его оценочные рамки задавались параметрами времени, за границы которых он выйти не смог, не увидел фашизма в его перспективе, как и многие тогда политики, включая советских государственных деятелей.

Приход к власти национал-социалистической немецкой рабочей партии кардинально изменил жизнь Ивана Ильина. Теперь Ильин выступал не только против большевиков, но и против национал-социалистов, отказавшись поддерживать распространение антирусских и антисемитских идей в Германии. Об этом он писал своему другу Шмелеву в письме от второго октября 1934 г., что его преследуют за патриотическую позицию и морально-нравственные принципы, не позволившие ему: сочувствовать ни разговорам, ни планам об отделении Украины; насаждать антисемитизм и идеологию национал-социалистической немецкой рабочей партии среди русский эмиграции. За отказ следовать этим указаниям, подчеркну ещё раз, профессор Ильин был уволен из Русского Научного Института, лишён права на работу и заработок в Германии[20].

Теперь давайте представим судьбу русского философа. В конце десятых — начале двадцатых годов XX столетия он, из-за своих убеждений, подвергся репрессиям со стороны большевиков: обыски, аресты, тюремные заключения, смертный приговор заменённый высылкой из России. Прошло всего чуть более десяти лет — и Ильин уже в другой стране испытывает на себе столь же жёсткие меры государственного принуждения, опять же из-за своих убеждений и моральных принципов. Разве это не доказывает его веру в собственные идеалы, его нравственную порядочность в тех чудовищных условиях и в ту эпоху, в которые ему было суждено жить?

Современные критики Ильина, марксисты и прозападные либералы могут не соглашаться с его идеологией, но такая убеждённость и готовность пожертвовать собой ради своих идеалов заслуживают уважения (не в ущерб другим), кем бы человек ни был — какой бы национальности, вероисповедания, расы, какую бы идеологию и политическую ориентацию он ни проповедовал. Разве свободная мысль и внутренняя убеждённость — преступление?! Это особенно неприятно осознавать, когда встречаешь исследования, лишённые элементарной научной чистоплотности.

А ведь существуют работы, например, «Почему левые лучше правых. Иван Ильин в спорах о будущем России», где составитель А. Колпадики откровенно противоречит фактам, утверждая, что русский мыслитель был, «крайне осторожным человеком в экстремальных ситуациях и предпочитал оставаться в стороне»[21]. Предпочитал оставаться в стороне? Звучит как научная фантастика, вызванная абсолютным незнанием личности и жизни мыслителя. Во-первых, если бы он хотел остаться в стороне, то не стал бы русским эмигрантом, а остался бы в Советской России и служил новой власти. Во-вторых, нравственная и идеологическая борьба против двух страшных тоталитарных режимов, обыски в его квартире в центре Москвы, пребывание в тюрьме на Лубянке, депортация из родной страны, лишение права на работу и заработок на чужбине, запрет политической деятельности под угрозой концлагеря, повторные обыски на берлинской квартире в середине 30-х годов в Германии — это всё «осторожность» Ивана Ильина? Разве такая сдержанность в выступлениях и трудах привела его к столь горькой судьбе? Разумеется, нет. К таким тяжёлым жизненным обстоятельствам привели его активная гражданская позиция, и сила духа, которая была ему непременно свойственна.

Более того, необходимо отметить, что Ильин в 1938 году писал: «Национал-социализм проповедует изуверскую доктрину, одни там обезумели, другие настолько глупы, что не понимают, куда это их ведёт. Они ненавидят Россию, и теперь уже ясно видно, что никакой надежды на изменение положения нет»[22]. Почему в суждениях, речах и исследованиях противников не звучит эта фраза и другие статьи антигерманской направленности (таких десятки в произведениях философа)? Почему не упоминается факт, что русского философа обрекли на тяжёлое материальное существование? Нет, честная учёная беседа о русском религиозном мыслителе не нужна — необходимо навешивать ярлыки, не имея полного представления о человеке и его жизненному пути; необходимо искажать его репутацию, не удосужившись даже прочитать его главные работы; необходимо формировать предвзятое общественное мнение об Ильине, чтобы русские люди не читали великие и вдохновляющие строки, написанные им о России. Наконец — необходимо табуизировать имя И.А. Ильина в современном российском обществе, вызвать неловкость, определённые страхи у национально ориентированных людей, не допустить разрушения сложившихся антиэмигрантских и антирусских стереотипов советского времени, не дать русской идее иметь своё почётное место в общественно-политическом дискурсе России, своих представителей консервативного направления в российском парламенте. Борьба против Ивана Ильина есть борьба против русской национальной идеи и русского национального самосознания, потерпевшего «национальное насилие» на протяжении всего ХХ столетия.

По моему мнению, табуирование имени Ильина также связано с борьбой против памяти о несоветском, эмигрантском наследии. Труды русских мыслителей, благо, сегодня находятся в открытом доступе и представлены на полках российских библиотек и книжных магазинов. Русские люди, открывшие для себя «Поющее сердце» и «Путь духовного обновления» Ильина, «Русскую идею» и «Самопознание» Бердяева, «Крушение кумиров» и «Свет во тьме» Франка, «Характер русского народа» и «Достоевский и его христианское миропонимание» Лосского, «Свет Невечерний» и «Невесту Агнца» Булгакова, «Русских мыслителей и Европу» и «Основы христианской философии» Зеньковского и их другие труды, а также работы других авторов, понимают, что наиболее выдающиеся русские умы XX столетия жили и творили за рубежом; русская мысль жила именно в эмиграции, именно там она бережно хранила русское национальное самосознание. И сегодня каждый из нас может прикоснуться к этому книжному богатству.

Сегодня российское государство, слава Богу, наряду с советским наследием признаёт феномен «русской белой эмиграции» как неотъемлемую часть российской истории. Белые эмигранты, оказавшись в вынужденной эмиграции, продолжали горячо любить свою Родину, несмотря на физическое расстояние. Абсурдно, как это делала советская пропаганда, считать всех эмигрантов изменниками Родины. Справедливости ради отмечу, что и среди красных, и среди белых были выдающиеся люди, которые видели будущее России по-разному, — так же по-разному русские люди хотели служить своему Отечеству.

Наконец, некоторые скажут: а как же, в 1948 году Ильин писал, что «фашизм был прав». Во-первых, Ильин справедливо утверждал, что фашизм во многом являлся реакцией на большевизм. Как и во многих европейских странах, так и в Югославии, октябрьский переворот 1917 г. в России и идея мировой революции воспринимались как угроза левого тоталитарного хаоса, который смог разрушить традиционные государственные и общественные устои. Так, например, Королевство Югославия в межвоенный период занимало резко антисоветскую позицию — вследствие монархического принципа правления и присутствия белой эмиграции, осевшей преимущественно на сербских землях. Политика Коминтерна провозгласила тезис о якобы «великосербской буржуазии». Отсюда был сделан вывод, заимствованный у австромарксистов, что Югославия является искусственным государственным образованием, подлежащим уничтожению[23]. Разве такой тезис — об уничтожении королевского государства — мог пользоваться симпатией у югославских властей, сторонников монархии, традиционных ценностей и патриотов своей страны? Разумеется, нет. Очевидно, что мировая революция воспринималась как угроза для существования монархии в Югославии. Так же и другие страны воспринимали политику ВКП(б) и Коминтерна. Давайте признаем этот факт честно, а не будем притворяться, что якобы со стороны СССР и партии большевиков не существовало политических угроз для других государств и народов. Именно в такой европейской атмосфере правые силы выступали защитниками своих государственных и национальных интересов.

Во-вторых, Ильин верно отмечал, что фашизм исходил из национальных чувств, из любви к германской нации. Национальные чувства сами по себе — такие как любовь к своему народу, приверженность к национальным ценностям, обычаям и достоянию — не являются чем-то отрицательным, как утверждала советская пропаганда. Другое дело, что фашизм ушёл в крайности воинствующего шовинизма, экономических и расовых предрассудок в отношении других стран и народов, о чем Ильин писал в этой же статье. Презрение к другим расам и национальностям русский мыслитель как раз осуждал, и подобные слова не раз встречаются в его текстах.

В-третьих, Ильин также подчёркивал, что фашизм является сложным и многосторонним явлением, за что его нередко критикуют. Но разве не очевидно то, что, как и любое другое явление, фашизм сложен? Многие видные русские мыслители, вроде Достоевского, видели в человеческой душе микрокосм, целую вселенную в малом. Теперь поднимемся на уровень политических партии, государства и идеологии — и увидим, насколько сложны и многогранны эти понятия, требующие вдумчивого осмысления. То же самое относится и к идеологии фашизма, которая была сложной и противоречивой, представляя собой смесь различных, прежде всего больных идей, заимствованных из разных идейных течений.

Упрощённый взгляд на глубокое мировоззрение Ильина и на эпоху, в которой он жил, как раз и порождает привычное разделение на «белых и пушистых» советских и современных патриотов, с одной стороны, на «очернённого» русского философа, с другой стороны.

Далее, читаем же всю статью! В ней русский философ объясняет целый ряд ошибок, которые были совершены фашистским режимом. При прочтении статьёй и речей критиков ильинского творчества создаётся такое ощущение, что не читали оставшихся 80% статьи, которую так любят цитировать. Другое впечатление — будто они завидуют русскому философу, который настолько точно охарактеризовали европейские фашистские режимы, что помимо критики социализма, коммунизма, экспансионизма и воинствующего шовинизма, Ильин видел и другие роковые ошибки гитлеровского режима.

Помимо шовинизма и высокомерия национальной гордыни германцев, Ильин, как яркий представитель русского консерватизма ХХ столетия, критикуя гитлеровские власти, проницательно отмечал антирелигиозную направленность немецкого государственного строя, видя в этом борьбу с христианской традицией как одной из основополагающих ценностей европейского цивилизации. Он писал: Фашизмъ не долженъ былъ занимать позиціи, враждебной христіанству и всякой религіозности вообще. Политическій режимъ, нападающій на церковь и религію вноситъ расколъ въ души своихъ гражданъ, подрываетъ въ нихъ самые глубокіе корни правосознанія и начинаетъ самъ претендовать на религіозное значеніе, что безумно. Муссолини скоро понялъ, что въ католической странѣ государственная власть нуждается въ честномъ конкордатѣ съ католической церковью. Хитлеръ, съ его вульгарнымъ безбожіемъ, за которымъ скрывалось столь же вульгарное самообожествленіе, такъ и не понялъ до конца, что онъ идетъ по путямъ антихриста, предваряя большевиковъ[24].

Русский эмигрант также выступал против тотального контроля над всеми сферами жизни в стране —  религией, печатью, наукой, искусством, политикой и хозяйством, иными словами, против тоталитаризма, который установился в Германии в 1930-1940-х годах прошлого столетия. Не обошёл стороной Ильин и тему партийной монополии в фашистском режиме, утверждая, что это являлось фатальной ошибкой, «ибо лучшіе мыслятъ самостоятельно и свободно, а худшіе готовы приспособиться ко всему, чтобы только сдѣлать карьеру. Поэтому монопольная партія живетъ самообманомъ: начиная «качественный отборъ» она требуетъ «партійнаго единомыслія»; дѣлая его условіемъ для политической правоспособности и дѣеспособности, она зоветъ людей къ безсмыслію и лицемѣрію...».[25]

Ильин осуждал идолопоклоннический цезаризм, противопоставляя его монархизму. Русский философ считал, что такой цезаризм компрометирует сам принцип авторитарности и единовластия, ибо его появление преследует не государственные и национальные, а сугубо личные цели. Этот принцип он связывал с «институтом фюрера» в Германии, где личность вождя обожествлялась в немецком обществе, а преданность ему возводилась в ранг высшей добродетели.

Итак, утвердим же: Ильин не был фашистом, поскольку давал неточный прогноз относительно будущего итальянского и немецкого режимов в конце 1920 начале 1930 гг. Сегодня мы можем это констатировать, и я, как исследователь его творческого наследия, считаю своей обязанностью это заявить, ибо, по моему глубокому убеждению, человек, придерживающийся той или иной позиции (в данном случае я выступаю как защитник творчества Ильина), должен понимать в том числе и её недостатки. Было бы несерьёзно утверждать, что вся мировая правда заключена в произведениях Ильина, ибо целое всегда шире любой отдельной точки зрения. Но тезис «Иван Ильин — фашист» абсурден, так как не выдерживает элементарной эмпирической проверки.

В чём же ещё опасность этого тезиса? В том, что порой, к сожалению, это единственная обсуждаемая тема, касающаяся его философского и публицистического наследия. А ведь он написал более 35 томов на совершенно разные темы, которые требуют глубокого осмысления со стороны философов, политологов, филологов, правоведов, богословов и культурологов. Я неоднократно сталкивался с людьми, предубеждённо настроенными против Ильина, однако на мой вопрос: читали ли они его труды, такие как «Религиозный смысл философии», «О сопротивлении злу силою», «Путь духовного обновления», «Путь к очевидности», «Поющее сердце. Книга тихих созерцаний», «Я вглядываюсь в жизнь. Книга раздумий», «О сущности правосознания», «Философия Гегеля как учение о конкретности Бога и человека», «Духовный смысл войны», «Основы христианской культуры», «Аксиомы религиозного опыта», «Наши задачи» и другие, — ответ весьма часто был отрицательным, либо следовало признание, что читали лишь одну из вышеперечисленных книг. Есть и те, кто читал, но боится, боится артикуляции русской идеи. Один мой коллега-юрист из РУДН, почитающий идеи Ильина в области права и философии, несколько лет назад сказал мне: «Я бы цитировал Ильина в своей выпускной квалификационной работе, но, зная взгляды своих преподавателей, я не стал этого делать».

Итак, актуальность и непреходящая ценность философского наследия Ивана Ильина, по моему разумению, неоспоримы, ведь его работы дают современному читателю возможность найти ответы на фундаментальные вопросы бытия. Такое же, например, мнение отстаивают исследовательницы Е.Н. Плышевская и Т.А. Сидорова, утверждающие, что Ильин «пророчески предвидел разрушительные тенденции развития общества, семьи, личности и показал пути выхода из кризисных ситуаций»[26]. По их мнению, ответы на то, как сохранить духовные традиции русского народа в период глобальных вызовов, когда происходит ценностных сдвиг, следует искать именно у И.А. Ильина.

Помимо этого, русский философ предложил глубокие размышления о том, какой должна стать Россия после советской эпохи, и на каких основополагающих ценностях ей следует развиваться. Именно христианское начало в человеке, патриотическое воспитание, дух чести, служения и верности, по мнению философа, должны возродить новую Россию. Тем не менее, важность этих фундаментальных принципов выходит за рамки России, затрагивая все страны и народы, для которых приоритетом является сохранение культурно-исторических традиций и духовно-нравственных ценностей[27]. И, меня, как сербскому патриоту черногорского происхождения, чрезвычайно симпатичны идеи Ивана Ильина о фундаментальных человеческих ценностях и я считаю, что его труды не должны представлять интерес только русским, но и сербским исследователям, ибо в основе наших культур лежат общие цивилизационные признаки.

Доживая свой век в Цолликоне (несмотря на тот факт, что философу «прекрасно жилось в Гитлеровской Германии» смог перебраться в соседнюю Швейцарию благодаря финансовой поддержке, оказанной великим русским композитором и пианистом С.В. Рахманиновым и кругом его друзей), Ильин вынашивал «новую» идею, предназначенную для будущей России. Он твердо верил, что Россия призвана идти по собственному пути, который определила её история, православная вера, культура сердца, восточнославянское созерцание, русская природа, русская государственность, жертвенный патриотизм русского народа, геополитическое соперничество между Россией и западными странами и прочее.

Ему представлялось, что Россия будет возрождённой в духе религиозных и национально-патриотических традиций, если русский человек будет думать именно так: «Кто бы я не был, какого бы ни было моё общественное положение, — от крестьянина до учёного, от министра до трубочиста, — я служу России, русскому духу, русскому качеству, русскому величию; — не «маммону» и не «начальству»; — «не личной похоти» и не «партии»; не «карьере» и не просто «работодателю»; — но именно России, её спасению, её строительству, её совершенству, её оправданию перед Лицом Божиим»[28].

Несмотря на идеологический запрет наследия Ивана Ильина в СССР, длившийся до конца 80-х гг. ХХ столетия, идеи русского философа вернулись на Родину, послужили ей нравственно-духовным ориентиром и политическим идеалом очевидности, о которой мечтал и за которую непреклонно боролся всю свою жизнь гениальный сын своей страны[29].

Сегодня несостоятельность борьбы против творческого наследия Ильина подтверждается его торжественным перезахоронением в Донском монастыре в октябре 2005 года, осуществлённым при активном участии российского государства и Русской Православной Церкви. Государственная поддержка также проявилась в создании мемориального комплекса «Белым воинам» по инициативе В.В. Путина и в возложении Президентом венков на могилу философа[30]. Важным свидетельством является и регулярное цитирование идей Ильина, кульминацией чего стало использование его высказываний главой российского государства в «Георгиевской речи» во время церемонии присоединения новых-старых территорий к России[31].

Современные попытки, продолжающиеся с советских времён, «идеологически ограничить доступ» к творчеству Ильина в России, вызвать ненависть к нему у русских людей, «выслать» его снова за пределы Отечества, вопреки клеветам неосоветских и проевропейских публицистов и современных блогеров, не увенчаются успехом. Книги русского философа неизбежно найдут своих читателей, а те, в свою очередь, обретут новый, глубокий мир – мир русского патриотизма, духовных традиций русского народа, традиционных ценностей и живой религиозной веры. «Колокола» его проницательных раздумий и патриотических призывов непременно будут звенеть в сердцах наших современников. Ибо Иван Ильин — философ, чья мысль, несущая в себе Божественное начало, призывает к размышлениям о вечных вопросах, служению и выбору тех жизненных содержаний, которые придают человеку смысл бытия.

Попытка табуизации имени русского философа не пройдёт, Иван Ильин в нашем сердце!




[1] Вот имена некоторых критиков Ильина, неправильно оценивающих его личность и общественно-политические взгляды: Антон Барбашин Иван Ильин: фашист, ведённый в моду [Электронный Ресурс] URL: https://ridl.io/wp-content/uploads/pdf/1358/ivan-ilin-fashist-vvedennyj-v-modu.pdf; Почему левые лучше правых? Иван Ильин в спорах о будущем России. Сост. А. Колпакиди (группа авторов) [Электронный Ресурс] URL: https://kartaslov.ru/книги/Почему_левые_лучше_правых_Иван_Ильин_в_спорах_о_будущем_России; Денис Парфёнов Выступление от фракции КПРФ по актуальным вопросам [Электронный Ресурс] URL: http://msk.kprf.ru/2024/05/21/252421/; Внутренний Предиктор СССР. Аналитическая записка. Ещё одна «мина», заложенная В.И. Лениным под будущее России... [Электронный Ресурс] URL: https://www.vodaspb.ru/index.php?dn=down&to=open&id=600; Клим Жуков и Реми Майснер про философа Ивана Ильина [Электронный Ресурс] URL: https://oper.ru/video/view.php?t=3977; Дмитрий Суржик Непримиримый [Электронный Ресурс] URL: https://lgz.ru/article/kto-vy-ivan-ilin/; Вероника Крашенинникова Был ли он за деницикацию? [Электронный Ресурс] URL: https://lgz.ru/article/kto-vy-ivan-ilin/ и др.

[2] 26 сентября 1922 года с петроградской пристани отправился из Советской России знаменитый пароход «Обербургомистер Хакен» лучших представителей русской интеллигенции: деятелей культуры и науки, философов и религиозных мыслителей. Из тогдашнего Петрограда, помимо Ильина, уехали: Н.А. Бердяев, С.Л. Франк, М.А. Осоргин, М.М. Новиков, С.Е. Трубецкой, А.И. Угримов, Б.П. Вышеславцев, А.А. Кизеветтер, В.В. Зворыкин, И.Ю. Баккал, В.И. Ясинский и др.

[4] Ильин не считал «Великую октябрьскую социалистическую революцию» прогрессивным событием, для него она явилась  великой национальной  катастрофой, предпосылки  которой назревали на протяжении десятилетий, подготавливались идейными борцами, но обладавшими  крайне ограниченным политическим кругозором, не способным понять специфику российской истории. Профессор Ильин был убежден, что революция была направлена против всего, что составляло «историческое лицо» России, в т.ч. против её религиозных устоев, образовательной системы, художественного творчества, правосознания, патриотических чувств и духовного величия.

[5] Любопытные исторические параллели и сходства можно видеть в истории Сербии, которую часто называют «маленькой Россией». Коминтерн проводил подобную политику в отношении сербов, борясь с великосербским национализмом. Компартия Югославии после прихода к власти вела политику, аксиома которой была следующей: «всякий национализм опасен, но наиболее опасным является именно сербский национализм», - пишет известный учёный М. Ломпар.-  См.: М. Ломпар Барометар евробољшевизма [Электронный Ресурс] URL: https://milolompar.com/barometar-evroboljsevizma-7/

[6] Так называется известная книга выдающегося сербского политического мыслителя, литературоведа и профессора Белградского университета Мило Ломпара — одно из ключевых произведений сербской интеллектуальной мысли XXI века, в котором анализируется феномен отказа от собственной идентичности в сербской культуре и политике на протяжении всего ХХ века и вплоть до наших дней. С нашей точки зрения, похожую параллель мы можем провести с российской историей XX столетия, где велась антирусская политика, политика обезличивания.

[7] Ильин. И. Россия. Путь к возрождению / И. Ильин. — М. : РИПОЛ. 2023. — С.27

[8] Ф.М. Достоевский в своих  произведениях нередко иронически представляет такой тип жизни. Так, например, в самом петербургском романе «Преступление и наказание», русский писатель проницательно пишет: «...всё на один вопрос о комфорте свести! Самое лёгкое разрешение задачи! Соблазнительно ясно, и думать не надо! Главное - думать не надо! Вся жизненная тайна на двух печатных листках умещается!» // Достоевский Ф.М. Преступление и наказание: роман / Федор Достоевский. - Москва: Эксмо,  2026. С. 309.

[9] Евлампиев И.И. Иван Ильин. — СПб.: Наука, 2016. — С. 101-102

[10] Материальные ограничения, связанные с эмиграцией, не мешали Ильину его просветительской деятельности в Европе. Он обращался в своих лекциях к неизвестному для европейского сознания космосу русской культуры: загадкам русской души, особенностям народного характера, национальным гениям и героям, Православию, монархическому правосознанию, взаимоотношениям Европы и России. Вот названия лишь некоторых лекций профессора Ильина: «О религиозном смысле наших дней», «О возникновении большевизма и современного социального кризиса», «Россия в русской поэзии», «О национальном призвании России», «Культура сердца», «О проблеме национального правосознания», «Спокойствие и радость в мировом понимании Православия», «Русская душа в ее сказках и легендах», «Пушкин как указатель путей русской культуры», «Достоевский как художник», «Путь в будущее» и многие др.

[11] В 1925-1926 гг. Иван Ильин опубликовав более 60 статей и речей. Он был одним из тех авторов, чьи тексты располагались на первой странице, постоянно привлекали внимание и весьма часто являлись главной изюминкой газеты. Патриотическая направленность газеты «Возрождение» обусловила частое обращение Ильина к темам патриотизма в его публикациях. Так, например, 4 июня 1925 года выходит первая статья Ильина «Кто мы»: «Мы не «правые» и не «левые»; мы русские патриоты. И все, что спасительно н хорошо для нашей родины все это мы приемлем и, отстаиваем. И все, что гибельно и вредоносно для нашей родины - все это мы отвергаем», — отмечал Ильин. Эта позиция надпартийности чрезвычайно показательна для мыслителя. Для него — главная задача объединить русских: именно в борьбе за разнородные политические интересы и партийном эгоизме он усматривал причину падения Российской империи.

[12] Какова, на самом деле, была реакция философа на происходящее в стране, на сложившуюся политическую обстановку в годы Гражданской войны? Его философское объяснение ясно демонстрирует его точку зрения на этот вопрос: «Уходят ли от постели больной матери? — писал профессор Ильин, — Да ещё с чувством виновности в её болезни? Да, уходят — разве только за врачом и лекарством. Но, уходя за лекарством и врачом, оставляют кого-нибудь у её изголовья. И вот — у этого изголовья мы и остались <…> Годы прошли с тех пор, как большевики захватили власть в России. И теперь, восемь лет спустя, я даю тот же самый ответ на вопрос: «следовало оставаться или уходить?» И ответ мой таков: следовало и уходить, но для борьбы; следовало и оставаться, но тоже для борьбы». Удерживало Ильина главное — Россия: «Знаю, что под напором большевиков, из года в год, обороняемое достояние России отчасти суживалось в объеме, отчасти углублялось в содержании. И ныне остались: храмы, библиотеки, музеи, памятники старины, живой состав русского народа, железные дороги, леса и недра. И, главное, духовно: русская душа, русская вера, русский характер, русский уклад. И в материальном и духовном есть невосстановимое. Огради его, Господи!» // Ильин И.А. Собр. соч. в 10 т. Т. 1. С. 20.

[13] Калуджерович М. Кандич М. Путь духовного обновления - дорога  к внутренней и национальной свободе // Сборник лучших работ  участников Ильинских образовательных чтений. Рязань: Издательство «Гедеон», 2026. C. 26-27.

[14] Письма о фашизме. Иверь. Личность Муссолини. //Vozrozhdenie, № 229, 17 January

1925. [Электронный Ресурс] URL:

https://historicperiodicals.princeton.edu/historic/?a=d&d=vozrozhdenie19260117-01.2.16&e=---

----en-20--1--txt-txIN------- (дата обращения: 22.04.2026).

[15] И.А. Ильин. Письма о фашизме. Личность Муссолини. 1926. // Архив И.А. Ильина.

Ф.47. Оп.1. Д.700. Л.261. [Электронный Ресурс] URL: https://nbmgu.ru/pdf/Default.aspx

(дата обращения 26.04.2025).

[16] Там же.

[17] Философ интерпретировал национализм как выражение привязанности к духовной культуре своего народа, одновременно отстаивая мысль о уважительном отношений к достижениям других народов и цивилизаций. На его взгляд, только сильное национальное самосознание русского народа может спасти Россию от новых государственных крушений, сохранить её самобытную духовную культуру.

[18] Г. Агафонов Иван Ильин о германском фашизме [Электронный Ресурс] URL: https://www.chitalnya.ru/commentary/7165/

[20] См.: Ильин И.А. Собр. соч. Т.15. С. 490.

[21] Почему левые лучше правых? Иван Ильин в спорах о будущем России. Сост. А. Колпадики [Электронный Ресурс] URL: https://kartaslov.ru/книги/Почему_левые_лучше_правых_Иван_Ильин_в_спорах_о_будущем_России

[22] Забара Анна О неполживых гоблинах и иных прилипчивых деятелях. Современная критика творчества Ивана Ильина [Электронный Ресурс] URL:

https://ilyin-ryazan.ru/medias/publikatsii/item/60-o-nepolzhivykh-goblinakh-i-inykh-prilipchivykh-deyatelyakh-sovremennaya-kritika-tvorchestva-ivana-ilina

[23] М. Калуджерович К вопросу черногорской русофилии и установки памятника Негошу в Петрограде [Электронный Ресурс] URL: https://ruskline.ru/analitika/2026/06/10/k_voprosu_chernogorskoi_rusofilii_i_ustanovki_pamyatnika_negoshu_v_petrograde

[24] И.А. Ильин Наши задачи (статьи 1948-1954 гг.). О фашизме. [Электронный Ресурс] URL:

https://russportal.ru/index.php?id=church_writing.ilyin_ia1956_01_037  (дата обращения 22.04.2026).

[25] Там же.

[26] Е.Н. Плышевская, Т.А. Сидорова Семья как хранительница традиционных духовных ценностей и первооснова государственности (философская концепция Ивана Ильина). Педагогическая конференция. Владимирский государственный унирвеситет имени А.Г. и Н.Г. Столетовых. 2012. С. 25.

[27] Калуджерович М. Кандич М. Путь духовного обновления - дорога  к внутренней и национальной свободе … C. 27-28.

[28] Ильин И.А. О русском национализме: Сборник статей. — Симферополь: Издательство

Шпатакова «Родное слово», 2016. — С. 166.

[29] Блохин В.В., Калуджерович М. Поездка философа Ивана Ильина в Югославию: малоизвестные эпизоды его жизни // Известия Самарского научного центра Российской академии наук. Исторические науки. Том 7. 2025. Номер 3. С. 160.

[30] Мемориал белым воинам в Донском  монастыре (Москва) [Электронный Ресурс] URL:

https://руни.рф/Мемориал_белым_воинам_в_Донском_монастыре_(Москва)#cite_note-КП-8 (дата обращения 14.06.2026).

[31] Президент закончил своей выступление словами, как он отметил, настоящего патриота - Ивана Александровича Ильина: «Если я считаю моей родиной — Россию, то это означает, что я по-русски люблю, созерцаю и думаю, по-русски пою и говорю; что я верю в духовные силы русского народа и принимаю его историческую судьбу своим инстинктом и своею волею. Его дух — мой дух; его судьба — моя судьба; его страдания — мое горе; его расцвет — моя радость».

Источник: РНЛ
Иллюстрация: pravoslavie.ru